Пн-Пт: с 10.00 до 19.00,
Москва, ул. Маросейка, 10/1, строение 3
Станция метро «Китай город»
+7 (495) 627 69 96

Об эвтаназии

опубликовано: 20-03-2019

Жить: право или обязанность
Отсутствие законодательно закрепленного в РФ права на смерть связано со множеством дискуссий и противостоянием сторонников и противников эвтаназии. Решение данного вопроса не ограничивается медицинскими или юридическими аспектами, затрагивая как мировоззренческое отношение к жизни и смерти, так и смысловую логику некоторых понятий.
Почему право на жизнь исключает право на смерть, как получилось, что существование стало обязанностью человека, и зачем препятствуют суицидентам — РАПСИ при участии экспертов рассуждает на одну из самых неоднозначных тем.
Право на жизнь против права на смерть
Соблюдение личных прав современного человека, среди которых право на жизнь, личную свободу, неприкосновенность, достоинство личности и пр., на сегодняшний день гарантируется множеством внутригосударственных и международных правовых актов. Несмотря на свою очевидную неоспоримость, некоторые из них были сформулированы совсем недавно. Так, право на жизнь появилось во Всеобщей декларации прав человека только в 1948 году, в России — в 1991 в Декларации прав и свобод человека и гражданина, и окончательно закреплено только в 1993 году в Конституции РФ.
Провозглашение человека, его прав и свобод высшей ценностью на законодательном уровне ознаменовало новый этап развития общества, где приоритет перед государственными интересами получили основные потребности индивида.
Логично предположить, что сейчас, задаваясь вопросами о легитимности эвтаназии, общество с обновленными ценностями идет дальше — на следующий рубеж правовой эволюции. Скачок вперед уже продемонстрировали Швейцария, Нидерланды, Бельгия, Канада и некоторые штаты Америки.
«Эвтаназия определяется как умышленное лишение жизни безнадежно больного человека для облегчения его страданий. Эвтаназия может быть активной, когда принимаются определенные действия для лишения жизни больного, так и пассивной, когда отказываются от мер по продлению жизни человека.
В России уже давно идут разговоры о введении эвтаназии. Наверное, это одна из самых спорных тем. Насколько я знаю, в Совете Федерации даже подготавливался подобный законопроект около десяти лет назад, но он так и остался проектом. В теории, если в соответствии с Конституцией РФ у человека есть право на жизнь, то у него должно быть и право распоряжаться своей жизнью так, как он считает нужным», — считает юрист МКА «Карабанов и партнеры» Андрей Лухин.
Каждый имеет право на жизнь
(статья 20 Конституции РФ).
Вопрос о праве человека на смерть, безусловно, необходимо рассматривать в совокупности с данным ему от рождения правом на жизнь. Однако данная формулировка настолько абстрактна, что не дает возможности однозначно раскрыть содержание этого права: подразумевает ли оно возможность свободно распоряжаться своей жизнью без чьего-либо вмешательства, может ли человек отказаться от этого права, не противоречит ли оно неизбежности летального исхода и т. д.
Интуитивно большинство видит в этом праве гарантированную законом возможность человека прожить биологически отведенный ему срок и умереть ненасильственной смертью по его истечении. При этом данное толкование никоим образом не исключает право человека на решение о времени ухода из жизни самостоятельно или при помощи медицинского работника — посредством ассистированного самоубийства или эвтаназии.
Таким образом, при отсутствии законодательного запрета на суицид в России (в противовес Сингапуру и Индии, где за попытку самоубийства предусмотрено наказание вплоть до одного года лишения свободы) у человека, страдающего неизлечимым заболеванием, остается возможность по желанию выбрать преждевременную смерть. Однако и с этим актом связано много «но».
Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства
(статья 2 Конституции РФ).
Не являясь запрещенной во многих цивилизованных странах, попытка самоубийства тем не менее может стать основанием для недобровольной госпитализации в психиатрическую больницу. В российском законодательстве условия и процедуру такой госпитализации описывает ФЗ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании». Так, лицо госпитализируется в психиатрическую больницу, если его психическое расстройство является тяжелым, а он представляет «непосредственную опасность для себя или окружающих» (пункт «а» статьи 29).
Получается, что намерение уйти из жизни раньше, чем пробьют биологические часы существенно ограничивается закрепленным в Конституции правом на жизнь, на обеспечение которого направлены все нормативно-правовые акты. То есть в настоящее время право на жизнь вступает в противоречие с возможным введением права на смерть, при этом не запрещая его.
право противоположно обязанности?
Необходимость каждому прожить отпущенный ему срок охраняется государством настолько тщательно и строго, что граница между правом и обязанностью жить стирается.
Правовые запреты на эвтаназию приводят к тому, что неизлечимо больной человек, для которого сохранность жизни более не имеет значения, лишен возможности реализовать свою волю.
Медицинским работникам запрещается осуществление эвтаназии, то есть ускорение по просьбе пациента его смерти какими-либо действиями (бездействием) или средствами, в том числе прекращение искусственных мероприятий по поддержанию жизни пациента
(статья 45 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Любая помощь от родственников в удовлетворении такого рода желания умирающего будет квалифицироваться по статьям Уголовного кодекса РФ об убийстве. Аналогично и с содействием медицинских работников, которым, помимо прочего, законодательно запрещено совершать эвтаназию. А неоказание помощи больному (статья 124 УК РФ) предусматривает назначение наказания вплоть до четырех лет лишения свободы.
«С точки зрения права эвтаназия не только нарушает право человека на жизнь, закреплённое в Конституции в статье 20, но и подставляет под угрозу врачей, принимающих клятву Гиппократа и несущих ответственность за жизнь пациента. По действующему УК РФ эвтаназия не рассматривается как отдельное преступление, а квалифицируются как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку — статья 105 УК РФ. Существуют и смягчающие обстоятельства наказания — учитывается мотив сострадания (пункт «д» части 1 статьи 61 УК РФ)», — рассуждает адвокат МКА «Карабанов и партнеры» Станислав Мальцев.
Получая высокое звание врача и приступая к профессиональной деятельности, я торжественно клянусь: … проявлять высочайшее уважение к жизни человека, никогда не прибегать к осуществлению эвтаназии
(Клятва врача, статья 71 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Противники эвтаназии часто ссылаются на то, что даже если превозмочь все правовые трудности на пути к легализации эвтаназии, для врача приближение смерти пациента будет противоречить этическим принципам, часть которых закреплена в клятве Гиппократа.
Такой аргумент нельзя считать состоятельным: текст клятвы постоянно обновляется, дабы соответствовать современным стандартам. К примеру, изначально она наравне с содействием в приближении смерти запрещала и проведение абортов: «Я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобного замысла; точно также я не вручу никакой женщине абортивного пессария». В настоящее же время аборты легализованы в большинстве стран, а данная формулировка потеряла свою актуальность.
Каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность
(статья 3 Всеобщей декларации прав человека).
На основании вышеизложенного можно сделать вывод о том, что законодатель (не только российский), гарантируя право на жизнь, де-факто сам его и ограничивает. Право на жизнь рассматривается отдельно от других международных и конституционных положений, направленных на соблюдение физической целостности и морально-этического благополучия. Ведь право на жизнь без права на смерть — обязанность жить. Однако прежде чем это утверждать, необходимо удостовериться в верном понимании терминов «право» и «обязанность».
Согласно толковому словарю К. Ушакова, право — «предоставляемая законами государства свобода, власть, возможность совершать, осуществлять что-нибудь». Свобода, власть, возможность. То есть право на что-то — это действие или бездействие, которое человек может совершать, а может и не совершать в зависимости от своего желания. Иными словами, право — выбор.
Обязанность, в свою очередь, — это «то, что подлежит безусловному выполнению; что необходимо для выполнения по общественным требованиям или внутренним побуждениям».
Соответственно, по смыслу «право» противоположно «обязанности», и наличие определенных возможностей у человека не подразумевает под собой необходимость их реализации.
Но очевидно, что юридическая логика отличается от смысловой, наделяя любое «право» настолько узким толковательным диапазоном, что оно рассматривается только в рамках определяемых его слов: жизнь, свобода, неприкосновенность и т. д.
В таком случае право на жизнь гарантирует только то, что никто не может быть умышленно лишен жизни. И если собственное волеизъявление — это тоже умысел, то исходя из современного законодательства применение эвтаназии невозможно.
Европейскому суду в ходе рассмотрения таких дел убедительно не доказали, что право на жизнь может быть истолковано и как право на отказ от нее
(из решения ЕСПЧ по делу Претти против Соединенного Королевства).
«С одной стороны, больной, желающий уйти из жизни, дает согласие на эвтаназию, но, с точки зрения уголовного кодекса, он является подстрекателем. С точки зрения видов соучастников преступления, подстрекателем признается лицо, склонившее другое лицо к совершению преступления путем уговора, подкупа, угрозы или другим способом. То есть больной человек склоняет врача к совершению убийства или неоказанию помощи больному. И первое, и второе являются преступлениями, за которые предусмотрена ответственность в соответствии с Уголовным кодексом РФ», — отмечает Лухин.
право на жизнь — право на смерть
Действующая система прав формирует определенное мировоззрение, где жизнь индивида — высшее благо, а смерть и, самое главное, процесс умирания практически не имеют никакого значения.
Смерть — это не одно мгновение, а целый процесс, состоящий из трех главных стадий: клинической, биологической и окончательной, подразделяемых еще на несколько этапов. В связи с этим вопрос о констатации наступления окончательной смерти имеет исключительное значение как с медицинской, так и с юридической точек зрения.
На протяжении многих веков главным признаком наступившей смерти считалось отсутствие дыхания у человека. Впоследствии врачи стали ориентироваться на прекращение кровообращения — отсутствие пульса. Однако все эти критерии опровергаются фактами: к примеру, пульс может отсутствовать в случае длительного охлаждения или алкогольной комы.
«Момент определения смерти всегда интересует правоприменителя исключительно с позиций ее сущности и значения. В настоящее время в РФ момент смерти человека определяется статьей 66 Федерального закона “Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации” от 21.11.2011 № 323-ФЗ, а именно: моментом смерти человека является момент смерти его мозга или его биологической смерти (необратимой гибели человека). При этом диагноз смерти мозга устанавливается консилиумом врачей в медицинской организации, в которой находится пациент.
Из этого следует вывод, что смерть мозга наступает при полном и необратимом прекращении всех функций головного мозга, регистрируемом при работающем сердце и искусственной вентиляции легких. Смерть мозга эквивалентна смерти человека. При этом решающим для констатации смерти мозга является сочетание факта прекращения функций всего головного мозга с доказательством необратимости этого прекращения», — объясняет Мальцев.
Но если по мнению юристов и медиков, смерть представляет собой длительный процесс, то в какой момент он наступает? Можно говорить о том, что умирание берет свое начало от образования неизлечимой болезни, изнашивания внутренних органов и так далее. При этом все перечисленные явления, в свою очередь, логически исходит из момента рождения.
С появления на свет все биологические и физические составляющие ребенка, ранее зависимые от матери, начинают самостоятельно работать. Наличие каких-либо заболеваний или предрасположенность к ним впоследствии определят срок их функционирования (речь идет о ненасильственной смерти).
Из этого можно сделать вывод, что процесс умирания и есть весь жизненный цикл, завершающийся окончательной стадией смерти.
Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения
(статья 7 Конституции РФ).
Итак, у всех есть право на жизнь, которое, согласно закону, появляется у человека с момента рождения. Но если жизнь с самого начала и есть процесс умирания, то право на смерть и право на жизнь не противоположны друг другу, а неизбежно унитарны.
Источник:
https://rapsinews.ru/legislation_publication/20190320/296632153.html
Пресс-отдел МКА «Карабанов и партнеры»
Инстаграм: instagram.com/advocate_karabanov
Сайт: https://karabanoff.ru
Почта: info@karabanoff.ru